Для нас очень важна возможность отслеживания всего жизненного цикла материала, от его источника до конечного использования.
Отслеживаемость укрепляет наши гарантии прозрачности и качества наших часов, а также ограничивает риски по всей логистической цепи поставок, особенно во время различных трансформаций, которым подвергается продукт на протяжении своего жизненного цикла. В последние годы мы улучшили отслеживаемость наших цепей поставок, чтобы контролировать коммерческие каналы, используемые для закупки исходных материалов. Кроме того, мы разработали план по снижению рисков в помощь нашим поставщикам в этой области.
Наряду с национальными и международными нормативными актами и рекомендациями МОТ и ОЭСР, мы придерживаемся следующих норм и систем экологической сертификации:
Сертификация
• Лондонская ассоциация рынка драгоценных металлов (London Bullion Market Association, LBMA)
• Лондонский рынок платины и палладия (London Platinum and Palladium Market, LPPM)
• Процесс обеспечения ответственного подхода к добыче полезных ископаемых (Responsible Minerals Assurance Process, RMAP)
• Инициатива по ответственным минералам (Responsible Minerals Initiative, RMI)
• Цепь поставок Совета по ответственному ювелирному производству (Responsible Jewellery Council Chain of Custody, RJC COC)
Экологические нормы
• Конвенция о международной торговле видами дикой фауны и флоры, находящимися под угрозой исчезновения (Convention on International Trade in Endangered Species of Wild Fauna and Flora, CITES)
• Регистрация, оценка, разрешение и запрет на использование химических веществ (Registration, Evaluation, Authorisation and Restriction of Chemicals, REACH)
Мы используем два типа источников этого драгоценного металла: золото, добываемое на крупномасштабных и кустарных рудниках, и золото, переработанное из отходов собственного производства, а также, в меньшем объеме, часового и электронного секторов.
Подробнее
Что касается наших поставок бриллиантов, требуемые нами стандарты качества и прослеживаемости таковы, что лишь 1% мирового производства соответствует нашим критериям, без какого‑либо компромисса в отношении объема или качества камней.
Сталь Oystersteel — это сплав, для получения которого наши эксклюзивные поставщики (все они базируются в Европе) используют в своем производственном цикле отходы европейской промышленности. Хотя нашей конечной целью является определение географического происхождения каждого вида руды, используемой в поставляемых нам стальных сплавах, на данном этапе мы можем подтвердить, что Россия не входит в число наших источников снабжения.
Для обеспечения ответственного подхода к выбору поставщиков вольфрама, тантала и олова мы следуем принципам Руководства ОЭСР по вопросам должной осмотрительности.
Мы планируем к 2028 году внедрить для платины модель, аналогичную модели для золота, и стремимся к этому же году достичь 95% уровня прослеживаемости для данного материала. С 2024 года мы реализуем план действий, направленный на разделение наших отходов и исключение уязвимых географических зон из нашей цепочки поставок.
На сегодняшний день мы уже отследили 72% наших цепочек поставок серебра. Мы продолжаем работу по сбору информации и проверке наших источников, чтобы полностью завершить картирование. Наша цель — к 2028 году достичь 99% уровня прослеживаемости для данного материала.
Мы закупаем медь для собственного производства наших сплавов драгоценных металлов. Литейные предприятия, с которыми мы сотрудничаем, осуществляют картирование своих материальных потоков.
Мы выстроили нашу цепочку поставок латуни — сплава, состоящего из меди, цинка и, в очень небольших количествах, олова (менее 0,5%), — таким образом, чтобы свести к минимуму число посредников между плавильными заводами и перерабатывающими предприятиями.
Мы закупаем титан исключительно у базирующихся в Швейцарии поставщиков, которые, в свою очередь, приобретают его у американских и европейских плавильных заводов. Эти компании имеют доступ к отходам авиационной промышленности, цикличные потоки которых контролируются и отслеживаются.
Перламутр составляет более трех четвертей от общего объема декоративных камней, используемых для украшения циферблатов наших часов. Несмотря на то, что в настоящее время для этого специфического рынка нет признанного международного стандарта, мы работаем над тем, чтобы отследить происхождение этого материала.
Уже несколько лет мы ведем работу по идентификации всех сторон, участвующих в нашей цепочке поставок сапфирового стекла. Мы закартировали наши цепочки поставок от закупки порошка оксида алюминия до производства самого стекла, что позволяет нам выбирать ответственных поставщиков, избегая при этом регионов с высоким уровнем риска.
Все поставщики, задействованные в производстве браслетов Oysterflex, подписали наш Кодекс устойчивого развития.
Кодекс устойчивого развития
Часы, которые мы производим и продаем, в основном оснащены металлическим браслетом, а доля часов с кожаным ремешком незначительна. Чтобы иметь возможность проследить происхождение этого особого материала, мы внедрили инструмент управления, который позволяет нам документально фиксировать структуру нашей цепочки поставок и централизованно хранить данные о наших поставщиках. С 2024 года процедуры обеспечения прослеживаемости распространяются не только на кожаные ремешки, но и на рекламную продукцию, а также часовые аксессуары, изготовленные из кожи.
В последние годы мы распространили процедуры обеспечения прослеживаемости, изначально разработанные для бриллиантов, на все цветные драгоценные камни. Мы также стремимся к 2026 году достичь 100% декларативной прослеживаемости для этих изделий, а также проводить оценку гранильных фабрик раз в три года.
